Конкурсы для педагогов и детей

Происхождение и распространение культа Деметры по данным письменных и археологических источников

Статья на тему: "Происхождение и распространение культа Деметры по данным письменных и археологических источников."
Автор: Мешкова оксана Владимировна
Место работы: МОУ СОШ р.п. Пинеровка

Происхождение и распространение культа Деметры по данным письменных и археологических источников.

Деметра, – греческая богиня плодородия и земледелия, божество созревания хлеба, дочь Кроноса и Реи, сестра Зевса. От Зевса у нее была дочь Персефона, которую Аид увез в свое подземное царство. Узнав о похищении своей дочери, Деметра, удрученная горем и гневом, запретила земле производить плоды, так что Зевс вынужден был послать Гермеса в подземное царство за Персефоной. Аид отпустил ее к матери, но заставил ее сначала проглотить косточку граната. Этим он обязывал ее проводить с ним третью часть года, а на остальные две трети отпускал ее к матери. Тогда земля стала снова производить плоды. Это краткое содержание древнегреческого мифа, навеянного периодичностью появления растительности на земле и ее временным исчезновением. Деметра считалась милостивой, благодатной богиней, кормилицей людей. Покинув Олимп, она пришла в Элевсин, где служила в качестве няньки Триптолему, сыну элевсинского царя Келея. Отчасти через посредство воспитанника, отчасти сама она научила людей земледелию, дав им зерно. «Это самое древнее божество из всех божеств мира, наравне с Небом, – писал французский историк А. Боннар. Живая под ногами людей, мотыгой или сохой крестьянина, она же и мать всего живущего – животных, людей и богов. Она кормит их зерном» [Боннар. С. 76]. В честь Деметры и Персефоны в различных центрах происходили элевсинские мистерии, – таинства, посвященные гибели и возрождению природы, связанные с мифом о возрождении Персефоны.
Почитание земли было свойственно всем земледельческим народам древности. Земля считалась первоначалом жизни, матерью всего сущего. Обоготворение природы, астральные культы и почитание предков образовали сложную систему религиозных верований уже в эпоху появления в Египте и Месопотамии древнейших земледельческих общин. Верховными богами шумеров были: Ан (бог неба), Энлиль (бог земли), Энки (бог воды). Тогда же большое значение стали приобретать культы умирающих и воскресающих богов природы, например, Таммуза в Вавилоне или Осириса в Египте, олицетворявшихся в живой силе воды и в прорастающем зерне. «Говорят, – пишет Плутарх, – что Осирис погребен, когда закапывают посев в землю, что он возвращается к жизни и снова приходит, когда ростки начинают всходить» (Plut. Isis and Osiris. 65). Подобное объяснение мифа верно передает смысл и характер образа Осириса, как воплощение хлебного злака.
Столь же древним, восходящим, по мнению О.В. Богатовой к эпохе неолита [Богатова №], был культ Матери богов Кибелы, который получил распространение на территориях древней Анатолии (Лидии, Вифинии, Галатии). Кибела выступала как дарительница плодородия, владыка гора, лесов и зверей. Она являла собой великую богиню природы, – благостную и одновременно, по выражению Аполлона Родосского, «наводящую ужас» (Argon., I. 1100). Тот же автор рассказывает, что аргонавты, проплывая мимо фригийской земли принесли жертву Диндимской Матери (Кибеле), моля её «отвести от них бури» (Ibid. 1130). Здесь мы видим свидетельство того, как удивительным образом функции божества плодородия сочетаются с защитой от бедствий на море.
Поскольку со времени своего появления человек, как в радостях, так и в бедах чувствовал зависимость от сил природы, оставаясь при этом абсолютно безоружен против них, необходимо было придумать средство приобретать расположение духов, которые заведуют этими силами. А так как духов неба, созвездий, земли, моря и т.д. представляли наподобие собственного духа, то их расположение старались приобрести при помощи тех же средств, которыми добиваются милости могущественных людей. Другими словами, – при помощи подарков и просьб, жертвоприношений и молитв. Так мифические образы сделались предметом религиозного поклонения [Белох. с. 123].
Античное искусство представляло Кибелу в виде богато одетой матроны, восседающей на троне с башенной короной на голове. В одной руке у нее тимпан, в другой иногда колосья или скипетр (АРХЕОЛОГИЯ). Подобным образом греки будут изображать и Деметру. Вместе с тем, несмотря на влияние, которое оказала культура Древнего Востока на греческую религию, мы можем с уверенностью говорить, что это влияние было способно видоизменить формы того или иного культа, вызвать образование некоторых мифов, но в своих главных чертах греческая религия являлась продуктом «эллинского духа». Не стоит забывать, что между мифом и верованием большая разница и лучшее тому доказательство имена богов.
Через посредство греческих колоний в Малой Азии культ Кибелы рано проник в Грецию, где она была отождествлена с критской матерью Зевса, Реей, и обыкновенно называлась «великой матерью богов». Вероятно, это произошло еще в микенское время. В XIV–XIII вв., до н. э. ахейские поселения возникают в разных районах средиземноморья. В пилосских табличках среди рабынь-чужестранок встречаются «женщины из Асии», «женщины из Милета», «женщины из Книда», «женщины из Зефирии» (Галикарнаса). Исследователи заметили совпадение ареалов микенских находок в Малой Азии с обозначением тех мест, откуда вывозились рабыни [Лаптева с. 49].
Когда один народ заимствует у другого религиозные представления, он заимствует вместе с ними их имена. Так перешли в римскую религию Аполлон, Асклепий, Геракл, египетская Изида, малоазиатская «Мать богов», получившая в Италии, по мнению большинства исследователей, «второе рождение». В Греции в классическую и александрийскую эпоху Кибела, как и целый ряд других восточных божеств, почитались под своими исконными именами. Однако у Гомера и Гесиода нет ни одного имени бога, которое можно было бы считать не греческим. Следовательно, в древнейший период Восток влиял на греческую религию исключительно внешним образом.
В Греции в микенскую эпоху существовал земледельческий культ по-читания богини Потнии, вероятно, близкий почитанию космогонической богини Геи. В гомеровский период и в начале архаического времени при господстве родовой аристократии Деметра считалась второстепенным божеством. У Гомера она не входит в семью олимпийских богов и упоминания о ней редки. Поэт говорит, что она «благостная» к людям богиня, прекрасного облика с волосами «цвета спелой пшеницы», помощница в крестьянских трудах (Hom. Il. V 499–501). Гораздо больше упоминаний Деметры у Гесиода. Она наполняет амбары земледельца запасами (Hes. Op.et dies. 300). К ней взывают, чтобы зёрна вышли полновесными и, чтобы удалась пахота (Ibid. 465-468).
С возрастанием роли земледельцев в общественной жизни (VII–VI вв. до н. э. архаическая эпоха) культ Деметры получает широкое распространение. В VI в. до н. э. богиню земли Гею, постигает та же участь, которая постигла Гелиоса или Гестию. К богу солнца, Гелиосу, грек обращался с молитвой во время восхода и заката солнца. Имя этого бога призывалось при торжественных клятвах, потому что ничто не может скрыться от его взора. «Но при прозрачности своего имени, пишет Ю. Белох, Гелиос сохранил слишком много черт древнего космогонического божества, чтобы его культ мог удовлетворять религиозной потребности более развитой эпохи» [Белох. с. 126].
Вследствие той же «прозрачности имени» и космогоничности отходит на задний план и культ Геи. Ее место занимает «мать-земля» Деметра, которая с течением времени все более принимала характер богини земледелия. Именно поэтому в эпосе Деметра упоминается сравнительно редко, поскольку в гомеровскую эпоху преобладающим занятием оставалось скотоводство. Как олицетворение земли, принимающей в свои недра умерших, Деметра первоначально была и богиней смерти. С течением времени эта сторона ее сущности воплотилась в особое божество, и слилось с богиней луны Персефоной, которую стали называть дочерью Деметры.
С XI-го в. до н. э. начинается массовое переселение на территорию Малой Азии греческих племен, именующих себя ионийцами [Лаптева с. 66]. В VIII–VI вв. до н. э., в колонизационный процесс включаются дорийцы и эолийцы, и этот процесс принимает особенно большие масштабы. Поскольку Киклады, Спорады и побережье Малой Азии были заселены греками уже в эпоху первой колонизации, переселенческая волна VIII в. до н. э. двинулась, прежде всего, на запад, на остров Сицилия и в Южную Италию, а также на северо-восток – на берега Черного моря. Колонизация охватила также Египет и Киренаику [Куманецкий с. 40]. Греки расселяются по всему Средиземноморью, Причерноморью и за короткое время основывают сотни новых городов.
Чаще всего грекам приходилось завоевывать жизненное пространство «огнем и мечем» в борьбе с местным населением. Эти воины-колонисты в большинстве своем были земледельцами, поскольку одной из главных причин колонизации была нехватка пахотных земель, обусловленная относительным перенаселением в Греции в архаическую эпоху. Акт основания колонии был актом религиозным. Переселенцы брали с собой из родного края огонь священного очага и изображения местных богов, а особа первооснователя колонии была окружена религиозным почетом [Куманецкий с. 40].
Изначально земледельческий характер ионийских поселений виден также и в основании святилищ хтонических богов ойкистами ионийских поселений. Например, ойкист Милета Филист, сын Пасикла, основывает святилище Деметры Элевсинской на полуострове Микале(Her. IX. 97) а, по словам Страбона, род основателя Эфеса Андрокла, сына Кодра, из поколения в поколение руководит культом Деметры (Strab. XIV. 1, 3). Жреческие привилегии Андроклидам удалось сохранить до конца архаического периода. В биографии Гераклита, знаменитого греческого философа, прослеживается его связь с этим культом. Диоген Лаэртский упоминает, что Гераклит отказался от сана царя и жреческой должности в храме Деметры в пользу своего брата (IX, 1, 2,5–6). А. И. Доватур справедливо отмечал, что без признания сельского хозяйства основой экономики Ионии в ХI–IX вв. не объяснима будет та роль, которую в политической истории Ионии архаического и классического периодов играли земледельческие слои населения [Доватур с. 27–30].
На островах и берегах Малой Азии греки встретили народы, которые в культурном отношении стояли уже довольно высоко. Завоеватели перенесли на новые места своих родных богов и посвятили им храмы, принадлежавшие богам покоренной страны. Именно поэтому должны были уцелеть некоторые из форм культа, которые господствовали в этих святилищах раньше. Так, например, служение Артемиде в Эфесе во многих отношениях сохранило характер культа Кибелы, которую там заменила Артемида [Белох. с. 124]. Это обстоятельство должно было, в свою очередь, влиять на религиозные представления и связанные с ними мифы. Нечто подобное могло произойти и с культом богини Деметры. Согласно исторической традиции в гомеровской Ионии происходит воссоздание привезенных греками-мигрантами из Балканской Греции культов Аполлона, Артемиды, Афины, Деметры, Посейдона (Her. 1, 143, 148; IX. 97; Strab. XIV. 1, 3; Paus. VII. 2, 7; 3, 10; 4, 10). Как видно из источников, ионийцы используют местные анатолийские святилища для служения, как местным, так и греческим богам.
Следует также обратить внимание, что характер колонизационного движения не всегда был одинаков. Некоторые древнейшие колонии были ярко выраженными сельскохозяйственными центрами, другие же, со временем, стали специализироваться на торговле. Поэтому Деметра почиталась главным образом на плодоносных равнинах, как, например, на Рарийской равнине близ Элевсина в Аттике, в хлебородной Сицилии, в Северном Причерноморье и Италии.
В свое время итальянский историк Э. Перуцци на большом археологическом и лингвистическом материале и, что особенно важно, с привлечением табличек, обнаруженных при раскопках Пилосского дворца, сумел показать, насколько было велико влияние ахейской Греции на древнейшие римские культы. Так, по мнению историка, храм Деметры в Альба Лонге (древнейшая столица латинов, принявшая троянских беглецов, возглавляемых легендарным Энеем) установили аркадцы [Штаерман с. 28]. Со временем, когда римлянами была покорена Греция, римские поэты и писатели знакомили римскую публику практически со всеми греческими мифами и их персонажами. И, видимо, публика постепенно привыкла к отождествлению греческих богов с римскими со всеми их супружескими и родственными связями. Образы богов обогащались и усложнялись. Так, древняя италийская богиня плодородия и земледелия Церера стала, по аналогии с Деметрой, матерью, потерявшей свою дочь и в горе искавшей её. Поскольку земледелие было основой осед-лости и благосостояния римляне и греки почитали Деметру, как богиню-законодательницу (Фесмофору). Законы потребовались людям, когда те стали вести более цивилизованный образ жизни. Считали её и покровительницей городов, так как при основании города его границы опахивали плугом, что придавало святость будущим городским стенам [Штаерман с. 115].
Священным островом Деметры считалась плодороднейшая Сицилия. Диодор рассказывает, что « … обитающие здесь сицилийцы сохранили миф, который веками переходил от предков к потомкам, согласно которому это – священный остров Деметры и Коры, а некоторые поэты сообщают миф, что во время свадьбы Плутона и Персефоны Зевс отдал остров невесте в качестве свадебного дара» (V. 2, 3). Более того, сицилийские греки, со слов того же Диодора, считают «дар Деметры» (зерно) « …. был дан обитателям самой любимой [богинями] страны, ибо невозможно, чтобы, даровав этой стране как своей собственной необычайное плодородие, богиня не оказала ей благодеяния, словно та не была ей ни близка, ни далека, при том, что она и обитала здесь, и похищение Коры, с чем согласны [все], произошло на этом острове. И вообще страна эта (Сицилия) в высшей степени пригодна для [выращива-ния] зерна»(Ibid. V. 69, 3).
Другой житницей античного мира был Боспор. О том, какое значение для малазийских греков и, особенно, для Афин имели поставки северо-причерноморского зерна, дают свидетельства т.н. «Корпуса речей Демосфена». «Вы, конечно, знаете, говорит Демосфен, что из всех остальных людей мы больше всего питаемся привозным хлебом» (XXII. 31.). В первой половине XX века для отечественного антиковедения была характерна концепция торговой колонизации Северного Причерноморья. Высказывались идеи, что колонии вырастали из торговых факторий (Гайдукевич с. 11; Каллистов. с. 10). Однако, археологические исследования дают материал, на основании которого можно говорить, что более или менее активные торговые отношения с местным населением начинаются не ранее второй половины VI в. до н. э.
Здесь хотелось бы вспомнить одно высказывание Аристотеля о том, что человечество может получать средства к существованию пятью основ-ными способами, – земледелием, кочевым скотоводством, охотой, рыбной ловлей и грабежом, при этом огромное большинство людей живет за счет земледелия (Pol. 1256a 30ff.). Именно земледелие было основой экономики апойкий Боспора Киммерийского. Причина выведения колоний, напомним, заключалась, прежде всего, в приобретении земель пригодных для выращивания на них сельскохозяйственных культур.
Поскольку хлебопашество являлось экономической основой развития полисов Северного Причерноморья, культ богини Деметры, как покровительницы земледелия имел здесь большое значение. Считается, что почитание этой богини началось в Причерноморье с VI в. до н. э. Культ был завезен ионийцами, – выходцами из Малой Азии, о чем говорят в своих работах А. С. Русяева и М. М. Кобылина [(14)Русяева с. 37; (15)Кобылина с. 7]. В V–IV вв. до н. э. появляется другой тип, принесенный из Афин, соответствующий по стилю женским фигуркам Парфенона. По мнению исследователей это связано с возросшим влиянием Афин не только в Балканской Греции, но и в жизни государств Северного Причерноморья [Брашинский с. 49–50].
Надписи, найденные во время раскопок Ольвии и боспорских городов, ясно показывают, что элевсинские мистерии были распространены в этом регионе. В частности, надпись, обнаруженная в Пантикапее гласит: «Крецск, дочь Медонта Деметре посвятила, будучи жрицей при Левконе … » (Корпус Боспорских надписей. 8. с. 21. (КБН, здесь и далее)). В другой посвятительной надписи читаем: «Аристоника, жрица Деметры, дочь Ксенокрита, посвятила Деметре за свою Дочь Деметрию» (КБН. 14. с. 25). Подобные свидетельства мы находим и в Ольвии. Две надписи с именами элевсинских богов Диметры и Коры (Персефоны) были обнаружены на килике V в. до н. э. и каменной плите II в. до н. э [Скржинская c. 87–88].
Наряду с надписями некоторые памятники изобразительного искусства свидетельствуют о причастности жителей Северного Причерноморья к Элевсинским мистериям. Так на Фанталовском полуострове найдено большое количество символических предметов, отражающих божественные пары (Деметра и Кора, Кора и Аид) и триады (Деметра–Кора–Дионис, Кора–Плутон Эвбулей), им соответствуют монограммные граффити, одиночные и парные статуэтки богинь, парные и тройные сосуды, светильники и т.д [Завойкин с. 106, 113]. В Пантикапее найдены три вазы, расписанные на тему Элевсинских мистерий. Все они – дорогие изделия, явно исполненные по индивидуальному заказу, и поэтому их нельзя считать случайно попавшими на Боспор среди расписной керамики, массово поставлявшейся из Афин. Вероятно, боспорские обладатели этих ваз были элевсинскими мистами, так как сосуды со сценами Элевсинских мистерий продавались лишь посвященным в таинства. Они не расставались с такими вазами и при переходе в иной мир, потому на Боспоре и в других греческих государствах подобные вазы обнаружены в погребениях [Боровкова с. 319].
О существовании мистерий говорят и раскопки кургана Большая Близница и Павловский. А. А. Передольская убедительно связывает найденный там погребальный инвентарь с основными событиями драмы, разыгрывающейся в Элевсине [Передольская c. 47]. По мнению М. В. Скржинской, женщины, погребенные в курганах, исполняли жреческие обязанности на праздниках такого рода. Их похоронили в парадных жреческих костюмах и положили в могилу. Выше мы приводили две боспорские надписи посвященные Деметре. Есть и третья, составленная в III в. до н. э. в честь Деметры Фесмофоры [КБН. 18. с. 27] культ которой был весьма близок к элевсинскому.
Видимо, как и в Балканской Греции, в Северном Причерноморье свя-тилища Деметры часто устраивались за территорией города. Остатки подобных строений, расположенных вне городской черты, были обнаружены на территории бывшего Боспорского царства и изучены М. М. Масленниковым и А. А. Завойкиным. Того же мнения, о местоположении святилищ, придерживается А. С. Русяева, заметившая наряду с этим, что «рост индивидуализации сознания в эллинистический период приводит к росту количества домашних святилищ»[Русяева с. 49]. В это же время появляются и городские святилища богини. Они найдены в Нимфее, Мирмекии и близ Тиритаки. Храм Деметры стоял также в центре Пантикапея и на окраине Горгиппии [Гайдукевич с 158].
Правда, в науке нет единого мнения относительно принадлежности культу Деметры построек обнаруженных в Нимфее и Мирмекии. Если В. Ф. Гайдугевич и С. А. Данильченко, признают в развалинах храмовых строений части святилища Деметры, то И. Ю. Шауб считает, что они принадлежат культу Верховного женского божества (местного), вобравшего в себя черты Деметры, Артемиды и Афродиты, близкого по духу Великой богине Матери (Кибелы) [Шауб c. 213–214].
На наш взгляд данная точка зрения нуждается в комментарии. Вполне вероятно, изначально святилища действительно были посвящены Деметре, но в эллинистическую эпоху, в связи с ростом почитания Кибелы культ Деметры постепенно был забыт и в атрибутике, как и во внешнем виде культового места, произошли определенные изменения, что характерно для открытых святилищ Северного Причерноморья. А. А. Масленников и С. Ю. Сапрыкин считают, что, культ Деметры отошел на второй план в III в. до н. э., так как именно с этого времени стала расти популярность Кибелы, а наибольшее значение в это время получает культ Афродиты Урании, которая становится высшим женским божеством [Масленников С. 419]. А. С. Русяева связывает забвение культа Деметры с угасанием античной культуры и варваризацией Причерноморья [Русяева с. 71]. В результате этого к первому веку до н. э. главным земледельческим божеством становится Кибела, а затем – Великое женское божество скифов. И. Т. Кругликова выдвинула предположение, что хотя жители Боспора в III в. до н. э. еще знали Деметру, ее культ в это время уже не играл сколько-нибудь заметной роли.
Таким образом, мы видим, что происхождение и распространение культа Деметры уходят корнями в глубокую древность. Несмотря на колоссальное влияние древневосточных верований, связанных с почитанием хтонических богов, олицетворявших умирающую и возрождающуюся природу, культ Деметры является творением исключительно «греческого духа». Первоначально, как и народы Востока, греки выдвигали на первое место богов космогонических, создателей Земли и живого мира, порождающих других богов. Со временем, с изменением типа хозяйства и развитием общественных отношений, возникла необходимость в божествах, покровителях той или иной человеческой деятельности – ремесла, торговли, земледелия. В начале VI в. до н. э., с установлением господства земледелия и возросшей ролью в общественной жизни полиса слоев населения, занятых в сельском хозяйстве, место Геи – богини земли и матери всего сущего, уверенно занимает Деметра, – богиня плодородия, «дарительница» зерна, кормилица людей. При этом она сохраняет некоторые архаические черты, присущие Геи, – носительница мудрости, великая обитель мертвых.
С началом Великой греческой колонизации культ Деметры распространяется по всему Средиземноморью и Причерноморью, о чем красноречиво свидетельствуют археологические и письменные источники. Это закономерно, поскольку одной из главных причин колонизации была нехватка пахотных земель, а основную массу колонистов составляли крестьяне. Несмотря на почитание Деметры в самых разных районах эллинского мира от Франции и Сицили до берегов Северного Причерноморья, главным центром культа Деметры оставался Элевсин.
Элевсинские мистерии и теснейшим образом связанные с ними Фе-смофории имели не только важное религиозное значение, но и глубокий социальный смысл. Выросшие из сельских праздников, связанных с культом земледелия, они объединяли людей независимо от их происхождения, общественного статуса, пола. Здесь как нигде более утверждалась вера в бессмертие человека, который после смерти, подобно посеянному злаку давал начало новой жизни.

Рекомендуем посмотреть:

Влияние литературного творчества на духовное развитие личности Образно - эмоциональная основа в обучении истории Этнокультурный праздник. Сценарий, посвящённый году семьи Сценарий торжественной линейки, посвященной 15 – летию Книги - Мемориалу воинов – оренбуржцев, поги
Опубликовано: 428 дней назад (9 октября 2015)
Просмотров: 539
Рубрика: Без рубрики
+2
Голосов: 2
Олег Владимирович Мамаев # 10 октября 2015 в 11:35 0
Познавательный, хотя и очень специфический материал. Почему вы не указали выходные данные авторских произведений, на которые вы ссылаетесь?
Оксана Владимировна Мешкова # 11 октября 2015 в 09:55 +1
Здравствуйте. Все авторы представлены в тексте. Специфический, потому что, как учитель истории занимаюсь историей средних веков и происхождением разных культов.