Снегирёв «Озеро Азас»

Геннадий Снегирёв «Озеро Азас»

Озеро Азас в Туве длинное и узкое. На другом берегу видна тайга. Медведь и лось переплывают озеро. Лось спасается на островах от мошки. Медведь плывёт за лосем.

Осенью рыбаки ловят сигов с жёлтой, как янтарь, икрой, сорожку — плотву и окуней. Самые крупные окуни в «окуни- ной» бухте. Вода в ней чёрная, на дне гнилые коряги, и окунь чёрный, крупный, на спине чешуя топорщится, как щетина у кабана. По чёрной воде на ветру кружатся золотые хвоинки лиственниц.

До Азаса выбита тропа в тайге. Кто по ней ходил, знает, что в стороне, во мхах, бьёт ледяной ключ из земли и рядом на ёлке висит берестяная кружечка.

Устал, сядь на мох, напейся и дальше иди. По дороге встретишь старый лагерь геологов. Колышки от палаток, миска гнутая, и гарь идёт чёрной полосой до самого озера. Если идти по тропе, тайга расступится и выйдешь на озеро, к избушке охотника Микина, к самому берегу.

На озере, далеко от берега, белоснежные лебеди покачиваются на волнах, только это не лебеди, а хлопья пены.

Микинская собака на людей не лает, она медвежатница. С виду страшная. Чёрная, глаза жёлтые, нос раздвоен на две половинки. Микин называет её Двустволкой. Чует собака, что страшна, и к другим собакам в посёлок не бегает — загрызут.

Когда-то охотовед пообещал настоящих лаек привезти — уши торчком, хвост кренделем. Деньги собрал на щенков, да обманул — привёз выродков: хочешь — бери, не хочешь — не бери!

Микин на свою Двустволку не жалуется; только когда она соболя облаивает, близко к дереву стоит — добычу драгоценную упускает. Настоящая лайка должна шагов на семь от дерева стоять, чтоб соболь был виден, куда он метнётся.

Зато Двустволка на медведя -не боится ходить, хватает медведя сзади за «штаны» — длинную шерсть на лапах — и сажает на землю...

Осень в этом году поздняя. В одну ночь лиственницу опалило морозом. Орлан-белохвост улетел на юг, жирные дрозды собрались в стаи, а медведи роют берлоги повыше в горах. Значит, весна будет ранняя, низины затопит в половодье. Сытый медведь сторожкий. Только ночью приходит на берег, рыбьи потроха около лодки жрёт, а днем отлёживается в горах. Между кедрами земля вытоптана, будто табун лошадей гоняли по кругу. Это медведь: то потянется во сне, то землю когтями поскребёт, то взроет. И таких лёжек у медведя много, ни за что не угадаешь, где он днём спит.

Каждую ночь против ветра медведь приходит к микинской избушке и на берегу жрёт дневной улов. Бочку разломает и рыбам головы откусит, сигов изваляет в грязи.

Мы поставили большой капкан медвежий с зубьями. Сверху на капкан навалили рыбьи головы и потаску из целого бревна привязали за капкан, чтоб зверь далеко не ушёл: бревно застрянет между деревьями, вот тогда медведь по следу да по рёву себя покажет. Только всё зря. Ночью Двустволка лаяла. Пока мы сапоги надевали и бежали до берега, медведь снизу капкан ковырнул, он и захлопнулся. Медведь спокойно рыбу съел и убежал.

Микин нашёл в горах половину лося. Медведь задрал лося, половину съел, а половину ветками завалил и сегодня придёт доедать. Пока всё не съест, он с этого места не уйдёт, будет вокруг ходить, добычу караулить.

Привязали Двустволку на цепь, чтоб медведя не спугнула, зарядили ружьё круглыми литыми пулями и пошли.

Долго шли по болотам, ноги сбили об острые камни, наконец Микин схватил меня за плечо и шепчет:

— Вон, вон там, за кустом можжевеловым!

Ничего не видно, только вороны лесные взлетели и уселись на ветки.

«Ну, — думаю, — раз вороны пируют, медведя нет». Махнул рукой, повесил ружьё на плечо. Подошли мы к можжевельнику, и... поверх куста медвежья голова показалась, здоровая, как подушка. Медведь на меня смотрит, губа отвисла, а я на медведя. Не успели мы ружья вскинуть, медведь метнулся в чащу.

— Эх ты, растяпа! — говорю я Микину.

— Да ведь вороны же...

— «Вороны, вороны»! Вот тебе и басни Крылова!

Долгий был путь назад. Он всегда долгий, когда идёшь без добычи. Вот и озеро блеснуло между деревьями. Зарядил я ружьё дробью — может, утки плавают под берегом.

Подошёл к обрыву, поверх кустов выглядываю, и вдруг из кустов встаёт медведь: лапы на груди и на меня смотрит. Я онемел: он! Он, тот же медведь чёрный, он... а ружьё дробью заряжено. Обернулся назад и говорю Микину:

— Ваня, вот он!

А сам пальцем показываю на медведя, а Микин от удивления на такое медвежье нахальство замер.

Медведь убежал. И пусть живёт, раз он такой на... нет, не нахальный, а хитрый. Бегом бежал напрямик, чтоб наших сигов съесть, как будто знал, что Двустволка на цепи привязана.

С тех пор в посёлке Тора-Хем и во всей Тодже медведей называют «Ваня, вот он». Было это на озере Азас, из которого вытекает Большой Енисей. И я ничуть не удивляюсь, что там водятся такие удивительные звери, как этот медведь, потому что было это на озере Азас...

Рекомендуем посмотреть:

Пришвин «Берестяная трубочка»

Рассказы о природе Пришвина для младших школьников 2 класса

Рассказы Ушинского для 2 класса

Рассказы о природе для 2 класса

Рассказы о природе, 1 класс

Нет комментариев. Ваш будет первым!