Агитбригада по патриотическому воспитанию. Памяти участникам войны

Выступление агитбригада «Солдатами не рождаются»

Горит свеча. На фоне метронома звучит закадровый текст.

Голос за сценой. У этой войны еще нет истории. Она не написана. Мы знаем о ней ровно столько, сколько нам не опасно знать, чтобы увидеть себя такими, какие мы есть. Но у этой войны есть свидетели. Тысячи свидетелей. И они хотят быть услышанными раньше, чем их придумают такими, какими они будут удобны и опять кому-то для чего-то нужны. Они хотят быть нужными правде.

На фоне музыки клином выстраивается агитбригада, у свечи читается текст.

Чтец 1.

Что теперь с нами стало...

Как Россия устала...

И какая еще ждет Россию война?

Мне не хочется крови,

И не надо нам славы,

Нас так мало осталось,

А Россия одна.

Чтец 2.

И послушным солдатам

По торжественным датам

Про березки да клены

Сладкий голос поет.

Стыдно станет погонам

Защищать бастионы

Уворованной жизни

Тех и этих господ.

Чтец 3.

Под землей в Стратограде

Отчеканят награды,

Затяжными дождями

Слезы русских Матрен,

По Сибири по Дону,

По России надолго

Не утихнет набатный

И молитвенный звон.

Чтец 4.

Только б души воскресли

И с надеждой, и с песней

Встали каждый, кто верит,

Что Россия - одна.

Брат, отец и друг детства,

За Россию - все вместе!

Заживут наши раны,

Но душа - никогда!..

Звон колокола.

Чтец 5.

Звон колокола. Как призыв,

Как набат, как ПАМЯТЬ!

Агитбригада перестраивается, на первом плане солисты. Звучит песня Ю. Антонова «Маки».

Чтец 6. Война - явление жестокое, страшное. Но пока существуют на Земле злоба, ненависть, будут существовать и войны, которые наносят боевые раны людям, уносят из жизни детей и близких.

Чтец 7. Говорят, смерть, метит всегда в лучших.

Перестроение. Звучит музыка на фоне баллады «О двадцатилетних».

Чтец 1.

Посвящается двадцатилетним!

Прожившим так мало,

Прожившим так много!

Я, словно в пропасть, в утренний туман,

Ныряю, не задерживаясь долго.

Горит Чечня, горит Таджикистан,

Как в сорок третьем том горела Волга.

Чтец 2.

И улетают секунды в прошлое,

Им обратной дороги нет.

Что с того, что мы мало прожили,

Что с того, что нам 20 лет.

Захватили житейские хлопоты,

Мы идем навстречу ветрам.

Нам порой не хватает опыта,

Не хватает нежности нам.

Не хватает написанной песни,

Не хватает непрожитых дней.

И еще никому не известно,

С чем я встречусь в жизни своей.

Чтец 3.

Может быть, через год, через месяц,

Через день, через час, через миг

Мне придется судьбу свою встретить,

Оценить, что узнал, что достиг.

Разграничить - что было и стало.

Разделить - темноту и свет.

Что с того, что мы мало прожили,

Что с того, что нам 20 лет.

Чтец 4.

Мы с рожденьем не опоздали,

И на нас хватает сейчас

И дорог безопасных едва ли,

И боев хватает на нас.

Тишина. Перебор гитарный.

А не за эту ли тишину

Погибают российские парни,

Не по песням узнав про войну?!

Да, возможно ль такое, возможно ли?

Чтец 5.

Да! Возможно! Сомнений нет.

Что с того, что мы мало прожили,

Что с того, что нам 20 лет.

Мы порою грубы, простите.

В сердце каждого свой тайник,

Но спросите у нас, вы спросите,

Что мы думаем в этот миг,

В миг, когда еще выжить пытаемся,

Замерзая в кровавом снегу.

И с последней гранатой взрываемся,

Чтоб живым не достаться врагу!

Звучит инструментальная пьеса на гитаре.

Когда исполняется песня, все уходят.

Чтец 6. Кто они, российские парни? Что остается от жизни длиною всего в 18 лет?

Чтец 7. Может быть, письма помогут ответить на вопрос: «Что же есть человеческая жизнь?».

Ведущий. Жизнь есть любовь, когда она возвышенна и благородна, когда она дает человеку ровность в поступках, действиях, раскованность в мыслях, мечтах, основательность в отношениях с друзьями, родными.

Все это осталось в письмах солдат последней чеченской войны.

Хаотичная мизансцена.

На фоне музыки - чтение писем.

Отрывки из писем Володи Чебышева, погибшего в Чечне.

«28 июля 1994 г. Здравствуйте, мама, папа и Антоша!

У меня все нормально. У нас из всех сборов будут формировать роту, в которую я уже попал. Узнал, что по специальности я пулеметчик, не знаю, хорошо или плохо будет, лучше, конечно, с автоматом бегать. Мы не поедем в Южную Осетию, потому что какой-то министр обороны сказал: «В горячие точки едут только те, кто отслужил не меньше года».

Ну, ладно, целую и обнимаю вас. Пока!»

«4 сентября 1994 г.

У меня все по-старому: хожу в наряд, на работу, недолго осталось до 15 сентября, потом сборы закончатся. Начнутся учения.

Кстати, 27-го приказ осенний, считал, полгода я уже отслужил. Очень по вас скучаю. Соревнования прошли удачно. Я, кажется, сдал на второй разряд. Значит, Антошка в школу пойдет? Жаль, что меня не будет на первом его звонке, хотелось бы увидеть, как он выглядит, красавец, наверное! Поздравьте его от меня.

Передавайте привет всем. Жду от вас письмо. Друзьям я пишу».

«10 декабря 1994 г.

У меня есть новости. Приезжал командующий Ленинградским ВО, довел до сведения, что наш батальон едет на юг Черного моря. Короче, застава будет стоять в 40 км от Сочи. И еще один батальон едет в Северную Осетию, где сейчас, как вы знаете, назревает конфликт. А где мы будем стоять - там спокойно, Чечни там нет.

Так что зря не беспокойтесь!»

«18 декабря 1994 г.

Пишу письмо в поезде. Едем уже трое суток. Нас едет 3 батальона. Два в Грозный и наш на границу, потренировать ее.

За меня можете не волноваться, у меня настроение хорошее, жив, здоров, не болею, и вам того желаю. Зря не беспокойтесь за меня, ничего со мной не случится. Ерунда, отслужу и приеду».

«15 января 1995 г.

Здравствуйте, мои дорогие, мама, папа и Антошка!

Сражу же поздравляю вас с Новым годом и желаю вам всего наилучшего. Немного о себе. Я жив, здоров. Наша рота охраняет аэродром в Моздоке, точнее невдалеке от него. Жрачка у нас царская, на выбор, а живем, как бомжи, в палатках.

Гурин тоже где-то здесь обитает, а где - я не знаю. Остальные наши в Грозном.

Естественно, не буду врать, мы тоже там были, разбомбили полгорода. Ну, ладно. На этом заканчиваю».

Агитбригада уходит.

Ведущая. Через 4 дня во время боя в Грозном Володя был смертельно ранен, а через 2 недели от ран скончался в госпитале.

В память обо всех российских парнях, погибших на афганской, чеченской войнах, в горячих точках, объявляется минута молчания. Звучит метроном.

Исполняется романс А. Вертинского «Я не знаю, зачем...».

Со свечами выходит агитбригада (поет).

Я не знаю, зачем и кому это нужно,

Кто послал их на смерть недрожащей рукой,

Только так бесполезно, так зло и ненужно

Опускали их в вечный покой.

 

Осторожные зрители, молча кутались в шубы,

И какая-то женщина с искаженным лицом

Целовала покойника в посиневшие губы

И швырнула в священника обручальным кольцом.

 

Закидали их елками, замесили их грязью,

И пошли по домам под шумок толковать,

Что пора положить бы конец безобразию,

Что и так уже скоро мы начнем голодать.

 

И никто не додумался просто встать на колени

И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране

Даже светлые подвиги - это просто ступени

В бесконечные пропасти в неподступной войне.

Ведущий.

Внимая ужасам войны,

При каждой новой жертве боя

Мне жаль не друга, не жены,

Мне жаль не самого героя...

Увы! Утешится жена.

И друга лучший друг забудет!

Но где-то есть душа одна –

Она до гроба помнить будет!

Средь лицемерных наших дел

И всякой пошлости и прозы

Одни, я в мире подсмотрел,

Святые, искренние слезы, -

То слезы наших матерей!

На сцене появляется мать в черном одеянии.

Тихо звучит лирическая мелодия, исполняемая на скрипке. Мать сидит и плачет, затем закрывает телом убитого сына.

Мать.

Ой, зачем ты, солнце красное,

Все уходишь, не прощаясь?

Ой, зачем с войны безрадостной

Сын не возвращается?

Из беды тебя я выручу,

Прилечу орлицей быстрою,

Отзовись, моя кровиночка,

Маленький, единственный.

Белый свет не мил,

Изболелась я.

Возвратись, моя надежда!

Зернышко мое!

Зорюшка моя!

Горюшко мое!

Где же ты?

Не могу найти дороженьки,

Чтоб заплакать над могилою.

Не хочу я ничегошеньки, -

Только сына милого.

Солисты поют «Снегири».

Мать сидит над убитым сыном.

Чтец 1.

Мы хороним любимых,

Но сколько бы ни безмерна утрата была,

Нам дано отвлекаться от скорби

На веселые наши дела.

Чтец 2.

Возвращаются радость и гордость,

Осыпается траур с лица –

Лишь чеченская терпкая горечь

Не спеша покидает сердца.

Нам в ушедших нельзя воплотиться,

Возвратить им угаснувший свет...

Звучит музыка.

Ведущий. Как известно, война не заканчивается тем долгожданным моментом, когда смолкает оружие. Они продолжаются в душах тех, кто в них участвовал. И эта война на чеченской земле не исключение. Она долго еще будет напоминать о себе - пока живы матери, потерявшие кормильцев, пока болят раны воинов.

Выходят все - построение.

Чтец 3.

Готовность к смерти - тоже ведь оружие.

И ты его однажды применил.

Мужчины умирают, если нужно,

И потому живут в веках они.

Чтец 4.

Нет, не ослабнет наша память,

Она навеки нам дана,

Чтоб вновь и вновь могли мы славить

Святые ваши имена.

Гаснет свет, горят свечи, звучит песня «Журавли» (музыка Я. Френкеля, слова Р. Гамзатова).

Рекомендуем посмотреть:

Классный час «Наша родина – Россия», 3 класс

Встреча с воинами интернационалистами в школе. Сценарий

Классный час на тему патриотическое воспитание в 7-8 классах

Классный час: Афганистан, 5 класс

Социально-патриотическая акция, посвященная памяти воинов – интернационалистов

Нет комментариев. Ваш будет первым!