Внеклассное чтение 2 класс

Хрестоматия для 2 класса

Литературное чтение 2 класс

А. Гиваргизов «Анонимное письмо»

Один мальчик, чтобы родители не отдавали его в музыкальную школу, подкинул им анонимное письмо: «Не отдавайте вашего сына в музыкальную школу, а купите ему велосипед. А если не купите, мы вас самих в музыкальную школу отдадим! Поняли?!»

А. Гиваргизов «Экзамен на хорошую собаку»

Однажды Оля решила сэкономить кучу денег. Ей хотелось собаку, а родители говорили, что хорошая собака дорого стоит. Тогда Оля пошла на улицу, к высоким железным раздвижным воротам Хладокомбината № 38, около которых всегда лежало много собак, и стала выбирать. Хорошие собаки это, во- первых, добрые, а во-вторых, умные. Добрую сразу видно — она виляет хвостом и её можно гладить хоть до вечера. А вот умная она или нет, определить сложней. Для этого нужен специальный экзамен по математике.

Виктор Драгунский «Куриный бульон»

Мама принесла из магазина курицу, большую, синеватую, с длинными костлявыми ногами. На голове у курицы был большой красный гребешок. Мама повесила её за окно и сказала:

— Если папа придёт раньше, пусть сварит. Передашь?

Я сказал:

— С удовольствием!

Виктор Драгунский «Третье место в стиле баттерфляй»

Когда я шёл домой из бассейна, у меня было очень хорошее настроение. Мне нравились все троллейбусы, что они такие прозрачные и всех видать, кто в них едет, и мороженщицы нравились, что они такие весёлые, и нравилось, что не жарко на улице и ветерок холодит мою мокрую голову. Но особенно мне нравилось, что я занял третье место в стиле баттерфляй и что я сейчас расскажу об этом папе, — он давно хотел, чтобы я научился плавать. Он говорит, что все люди должны уметь плавать, а мальчишки особенно, потому что они мужчины. А какой же это мужчина, если он может потонуть во время кораблекрушения или просто так, на Чистых прудах, когда лодка перевернётся?

Виталий Валентинович Бианки «Разговор птиц в конце лета»

Жёлтенькая пеночка-теньковка с пожелтевшей ветки:

— Тё-тень-ка!

Пе-ноч-ке

День-день-ской

Тень!

Пёстрый хохлатый удод: — Худо тут! Худо тут!

Виталий Валентинович Бианки «Хвосты»

Прилетела Муха к Человеку и говорит:

— Ты хозяин над всеми зверями, ты все можешь сделать. Сделай мне хвост.

— А зачем тебе хвост? — говорит Человек.

— А затем мне хвост, — говорит Муха, — зачем он у всех зверей, — для красоты.

— Я таких зверей не знаю, у которых хвост для красоты. А ты и без хвоста хорошо живешь.

Лев Николаевич Толстой «Отец и сыновья»

Отец учил своих сыновей, чтобы они жили в согласии и всегда друг другу помогали и друг друга выручали. Но не слушались его сыновья — вечно ссорились. Велел тогда отец сыновьям принести веник и говорит:

— Сломайте его!

Лев Николаевич Толстой «Визирь Абдул»

Был у персидского царя правдивый визирь Абдул. Поехал он раз к царю через город. А в городе собрался народ бунтовать. Как только увидали визиря, обступили его, остановили лошадь и стали грозить ему, что они его убьют, если он по-ихнему не сделает. Один человек так осмелился, что взял его за бороду и подёргал ему бороду.

Когда они отпустили визиря, он приехал к царю и упросил его помочь народу и не наказывать за то, что они его так обидели.

Лев Николаевич Толстой «Судома»

В Псковской губернии, в Пороховском уезде, есть речка Судома, и на берегах этой речки есть две горы, друг против дружки.

На одной горе был прежде городок Вышгород, на другой горе в прежние времена судились славяне. Старики рассказывают, что на этой горе в старину с неба висела цепь и что кто был прав, тот до цепи доставал рукой, а кто был виноват, тот не мог достать. Один человек занял у другого деньги и отпёрся. Привели их обоих на гору Судому и велели доставать до цепи

Лев Николаевич Толстой «Царские братья»

Один царь шёл по улице. Нищий подошёл к нему и стал просить милостыню.

Царь не дал ничего. Нищий сказал:

— Царь, ты, видно, забыл, что Бог всем один отец; мы все братья, и нам всем делиться надо.

Тогда царь остановился и сказал:

Константин Дмитриевич Ушинский «Как рубашка в поле выросла»

I

Видела Таня, как отец ее горстями разбрасывал по полю маленькие блестящие зерна, и спрашивает:

— Что ты, тятя, делаешь?

— А вот сею ленок, дочка; вырастет рубашка тебе и Васютке.

Задумалась Таня: никогда она не видала, чтобы рубашки в поле росли.

Константин Дмитриевич Ушинский «Два плуга»

Из одного и того же куска железа и в одной и той же мастерской были сделаны два плуга. Один из них попал в руки земледельца и немедленно пошел в работу; а другой долго и совершенно бесполезно провалялся в лавке купца. Случилось через несколько времени, что оба земляка опять встретились. Плуг, бывший у земледельца, блестел, как серебро, и был даже еще лучше, чем в то время, когда он только что вышел из мастерской; плуг же, пролежавший без всякого дела в лавке, потемнел и покрылся ржавчиной.

Константин Дмитриевич Ушинский «Пчелы и муха»

Позднею осенью выдался славный денек, какие и весною на редкость: свинцовые тучи рассеялись, ветер улегся, солнце выглянуло и смотрело так ласково, как будто прощалось с поблекшими растениями. Вызванные из улья светом и теплом, мохнатые пчелки, весело жужжа, перелетали с травки на травку не за медом (его уже негде было взять), а так себе, чтобы повеселиться и порасправить свои крылышки.

Константин Дмитриевич Ушинский «Жалобы зайки»

Растужился, расплакался серенький зайка, под кустиком сидючи; плачет, приговаривает:

— Нет на свете доли хуже моей, серенького зайки! И кто только не точит зубов на меня! Охотники, собаки, волк, лиса и хищная птица: кривоносый ястреб, пучеглазая сова; даже глупая ворона и та таскает своими кривыми лапами моих милых детушек — сереньких зайчат. Отовсюду грозит мне беда; а защищаться-то нечем: лазить на дерево, как белка, я не могу; рыть нор, как кролик, не умею. Правда, зубки мои исправно грызут капустку и кору гложут, да укусить смелости не хватает

Константин Дмитриевич Ушинский «Дедушка»

Сильно одряхлел дедушка. Плохо он видел, плохо слышал; руки и ноги у него дрожали от старости: несет ложку ко рту и суп расплескивает.

Не понравилось это сыну и невестке: перестали они отца с собой за стол сажать, запрятали его за печь и стали кормить из глиняной чашки. Задрожали руки у старика, чашка упала и разбилась. Пуще прежнего разозлились сын и невестка: стали они кормить отца из старой деревянной миски.