Бернгард Гржимек. Биография для детей

Бернгард Гржимек. Биография для детей

Бернгард Гржимек. Интересные факты биографии для школьников

Бернгард Гржимек, ученый-зоолог, писатель, защитник природы (1909-1986)

Мы, борцы за охрану природы, должны постараться доказать людям, что дикие животные — это бесценное богатство и украшение нашей планеты, что это идеальный пример общественной собственности всего Человечества.

Б. Гржимек

Бернгарда Гржимека в нашей стране знают и любят давно. Этот всемирно известный ученый и писатель —- один из самых активных и неутомимых борцов за охрану живой природы.

Родился Бернгард Гржимек 24 апреля 1909 г. в силезском городе Нейсе в семье юриста. Он был младшим из шести детей. В три года потеряв отца, маленький Бернгард с детства познал горечь лишений и нужды. Разорившейся во время инфляции многодетной семье жилось очень тяжело, и не раз дети ложились спать голодными. Это отложило определенный отпечаток на все дальнейшее мировоззрение будущего ученого. Его симпатии были неизменно на стороне обездоленных, беззащитных или угнетенных. Недаром впоследствии он стал ярым противником колониализма и порабощения. «Человек из так называемых "цветных" ничем от нас не отличается и во всем имеет равные с нами права, — напишет он позже в одной из самых популярных своих книг. — Разумеется, нельзя, как это часто делается, сравнивать неграмотного африканского парня с приезжим образованным европейцем. Ведь если мы сравним африканского учителя или профессора университета с английским докером... все будет выглядеть уже совсем иначе. Для меня лично африканец — равноправный человек и брат».

К будущей специальности ветеринарного врача и зоолога Бернгарда потянуло еще в детские годы. Сам профессор писал: «Я принадлежу к тем немногим счастливцам, любимое занятие которых (хобби) стало их постоянной профессией. В детстве я разводил кур, кроликов и коз, затем стал ветеринаром». Позже, в студенческие годы, ему приходилось самому добывать себе деньги на учебу, работая на птицеферме. Изучал он ветеринарию сначала в Лейпцигском, а затем в Берлинском университете. По окончании учебы работал в Берлине ветеринарным врачом и вскоре был приглашен в качестве специалиста в Министерство продовольствия, где занялся изучением способов борьбы с эпидемическими заболеваниями среди кур. Серьезно занявшись этим вопросом, ученый вскоре добился больших успехов и защитил докторскую диссертацию.

Гржимека очень интересовало поведение диких животных и он проводил этологические опыты с человекообразными обезьянами, волками и тиграми. Зная психологию животных, ученый после короткого трехдневного знакомства с группой тигров из цирка Сарассани выступил с ними вместо дрессировщика, и зрители не догадались, что на манеже находится не актер-дрессировщик, а ученый-зоопсихолог. Однако, несомненно, подобные опыты отнюдь не безопасны и их можно проводить только при отличном знании зверя. Это подтвердило трагическое происшествие, вскоре случившееся с киноактрисой Джиной Манэ, которая попыталась повторить эксперимент Гржимека: тигры напали на нее и изувечили.

В годы Второй мировой войны Б. Гржимек продолжал работать в том же Министерстве продовольствия, но уже в качестве ветеринарного военврача. Ему было поручено лечить больных и раненых лошадей. За уклонение от отправки на фронт и за свои антивоенные убеждения он подвергался непрерывным преследованиям. Чтобы избежать грозящего ему ареста, ученый некоторое время скрывался вместе со своей семьей в затерянной в горах альпийской деревушке.

Свое осуждение войны, развязанной фашистами, Гржимек потом неоднократно будет высказывать во многих книгах; в частности, он писал: «Я счастлив, что не сделал во время этой несправедливой войны ни единого выстрела, если не считать одного — когда пристрелил безнадежно больную лошадь».

В 1945 г. Б. Гржимек энергично взялся за восстановление Разрушенного Франкфуртского зоопарка, директором которого его назначают. «Мне удалось восстановить его и превратить во вполне современное учреждение. Теперь его ежегодно посещают 1,8 млн человек, в то время как до войны за год здесь бывало не более трехсот тысяч», — писал ученый Франкфуртский зоопарк под руководством профессора Гржимека стал одним из лучших зоопарков мира, в котором удается содержать и разводить такие редкие и «трудные» виды животных, как окапи, гориллы, гривистые волки, снежные барсы, носатые обезьяны, черные носороги, жирафовые газели и др. Именно здесь впервые удалось получить в неволе потомство от всех четырех видов человекообразных обезьян и создать специальный «детский сан» для выращивания брошенных самками детенышей.

Всю свою жизнь и талант ученого он посвятил охране животных и прилагал огромные силы, чтобы сохранить для человечества хотя бы то немногое, что осталось от прекрасного первозданного мира животных. Ведь если не проявить заботу о фауне нашей планеты, многие ее представители исчезнут с лица Земли навсегда. Как писал ученый, «горько было бы сознавать, что наши дети и внуки, на каком бы языке они ни говорили, никогда уже не смогут увидеть живых слонов, жирафов, львов, носорогов и леопардов. В лучшем случае они будут знать о них только по кино и книжкам».

Профессор деятельно боролся за создание новых национальных парков и других охраняемых участков дикой природы. «Первозданную природу надо беречь не меньше, чем мы бережем картины Рафаэля, Кельнский собор, индийские храмы, каменные колоссы Абу Симбела, — писал Бернгард Гржимек, — причем, если, к примеру, Акрополь можно при желании восстановить, ту или иную картину реставрировать, а вот уничтоженную стеллерову корову или зебру-кваггу никогда больше не увидит ни один человек. Уничтожая или ставя под угрозу уничтожения многие виды животных на Земле, люди обедняют тем самым не только окружающую природу, но и себя самих».

Профессор Гржимек относился к тем ученым-новаторам, которые разрабатывали и внедряли в практику многие новые методы исследований. Это позволило ему получить обширные материалы, на основе которых и делались основополагающие обобщения.

Шли годы, подрастали сыновья Гржимека. Старший стал инженером по компьютерам, младший — пошел по стопам отца. Ученый писал о нем:

Мой младший сын Михаэль любил животных так же, как и я С 16 лет он был моим спутником почти во всех путешествиях за пределы Европы. И чаще всего мы были в буше только вдвоем... Во время одной из последних экспедиций по Африке Михаэль пристрастился летать на авиетке. К слову сказать, и я тоже... Летать в Африке гораздо дешевле, чем ездить на машине, да и перемещаться, разумеется, значительно быстрее. Часа не пройдет, как на самолете пролетишь над всей той местностью, по которой на машине пропетляешь целый день по серпантину пыльных или грязных горных дорог. Одного мы только порой не знали, как приземлиться...

Во второй половине 50-х гг. XX в. встал вопрос о сокращении территорий некоторых национальных парков Африки, в том числе Серенгети, который находился в бывшей британской колонии (ныне Объединенная Республика Танзания) Танганьике. Необходимо было дать научные обоснования границ заповедных территорий и тем самым убедить тогдашние английские колониальные власти сохранить парк неприкосновенным. Однако исследований такого рода еще никто никогда не осуществлял и методов проведения их не разрабатывал. Б. Гржимек считал, что прежде всего необходимо провести учет животных. Но площадь исследований огромна — 1 млн га. Поэтому ученый вместе со своим сыном решил впервые в Африке провести учет диких животных с самолета. Но для этого нужно было сначала разработать методы такого учета. Теперь авиаучет, который предложил профессор, обычен и во многих национальных парках мира, и на неохраняемых территориях, в том числе и в нашей стране.

Второй этап исследований — изучение миграций животных. Гржимек нуждался в этих наблюдениях, чтобы получить представление о минимально необходимой для миграции территории во все сезоны года. Но как это осуществить?

Здесь он использовал способ массового мечения животных: цветными метками и ошейниками. При этом впервые применили метод их обездвиживания наркотическими средствами. Прежде такой подход использовали лишь для поимки животных, их транспортировки или оперирования в зоопарках. Эти исследования Б. Гржимека и опубликованные им статьи послужили толчком для постановки аналогичных работ во многих странах, в том числе и в России.

Михаэль Гржимек самостоятельно снял фильм «Для диких животных места нет» по сценарию своего отца, за который была присуждена национальная премия «Золотой медведь». В Серенгети отец и сын сняли второй фильм «Серенгети не должен умереть», за который получили высшую международную премию «Оскар». Деньги, вырученные за прокат фильмов, Михаэль использовал на научные исследования африканской фауны.

В Серенгети в 1959 г. во время полета над кратером Нгоронгоро случилось несчастье: самолет, столкнувшись в воздухе с грифом, упал на землю, и Михаэль погиб. Его похоронили на краю кратера. Надпись на надгробном камне гласит:

Он отдал все, что имел,

даже свою жизнь, за то,

чтобы сохранить животных Африки.

Все, кто знал Михаэля, говорили, что это был исключительно трудолюбивый, дельный, очень доброжелательный и на редкость славный парень. Б. Гржимек тогда писал: «Во время исследований при полете над заповедником Михаэль погиб, погиб двадцати пяти лет от роду. Я стараюсь один продолжать нашу совместную работу... Я могу только пожелать всем отцам иметь такого сына, каким был мой. Я бесконечно благодарен судьбе даже за те недолгие годы, которые нам посчастливилось прожить рядом».

Михаэль Гржимек не забыт. Три школы носят его имя, правительство Танзании учредило специальный «Фонд памяти Михаэля Гржимека». На средства фонда был построен Международный институт биологических проблем Африки, названный его именем. Сюда приезжают работать ученые-зоологи, почвоведы, ботаники и другие специалисты со всего мира.

Профессор Гржимек написал огромное число научно-популярных статей и книг. Казалось бы, его жизнь протекала, в основном, за письменным столом. Однако он все время был в пути — то в саваннах Африки, в джунглях Индии или горах Непала, то с проводником-индейцем на бурных канадских реках, то в надувной резиновой лодке среди китов у побережий Аляски, то у зубров в Беловежской пуще, то у бобров в Воронежском заповеднике. В поисках мест, где еще сохранились редкие виды животных, Гржимек побывал во многих районах нашей страны, в Австралии, Новой Зеландии, Северной и Южной Америке, на Кубе, в Югославии, Болгарии, Чехословакии, Румынии и во многих других странах.

Ученый писал не только книги и статьи, но и снимал научно-популярные фильмы; совместно с нобелевскими лауреатами К. Фришем, К. Лоренцем и известным зоопсихологом X. Хедигером издавал журнал «Das Tier» («Животное»), Кроме того, Б. Гржимек вел постоянную телевизионную передачу «Место для диких животных», целиком посвященную вопросам охраны природы. Любопытно, что проведенный опрос показал, что эта передача по своей популярности занимала первое место среди телевизионных передач Западной Европы, хотя была отнюдь не развлекательного характера.

Изучая фауну Африки, Б. Гржимек увидел своими глазами, что уникальный животный мир этого континента в опасности. В те годы многие еще думали, что Африка буквально кишит слонами, носорогами, крокодилами и т.д., что это «земля обетованная» для животных, не зная о том, что за годы колониализма европейцы перестреляли почти всех бегемотов («причем просто так, из спортивного интереса, — пишет Гржимек, — в то время как дети многих негритянских племен умирают от голода!») и многих других крупных животных. Со всей свойственной ему кипучей энергией ученый включился в борьбу за спасение уникальной фауны Африки...

Его назначили официальным куратором национальных парков ряда стран Восточной Африки, где он начинал бороться против устройства так называемых сафари для заезжих миллионеров, покупающих лицензии, чтобы, «заскочив» в Африку проездом, пострелять в животных (не будучи даже охотниками) и увезти домой трофеи в виде львиных и леопардовых шкур. Вместо этого по предложению ученого стали организовывать экскурсии туристов в национальные парки Африки и таким образом увеличивать приток столь необходимой валюты в молодые африканские государства.

Разъезжая по свету и знакомясь с постановкой дела охраны природы на разных континентах, ученый убедился, что во многих странах к природе и окружающей среде зачастую относятся просто преступно. Загрязняются океаны и реки, истребляются редчайшие виды животных, сводятся леса, плодородные земли превращаются в пустыни. Выступая перед многомиллионной аудиторией телезрителей, профессор Гржимек изобличал виновных и призывал их к ответу, причем невзирая на лица: будь то крупнейший промышленный концерн, допустивший отравление воды в Рейне, или немецкие землячества, блокирующие всеобщий закон об охране природы для Германии, или разбогатевшие знатные дамы, красующиеся перед фоторепортерами в тигровых манто (по поводу чего Гржимек позволил себе сделать замечание, что «тигровые шкуры лучше сидят на тиграх, чем на коровах...»).

Часто в своих передачах Б. Гржимек приводил в пример другим странам постановку дела охраны природы у нас в стране (тогда еще Советском Союзе). Широкую огласку на Западе получила история с бельками, очень типичная для деятельности Гржимека. Все началось с документального фильма, снятого в бухте Святого Лаврентия, в котором было показано, как работающие сдельно промысловики, заинтересованные в быстром «ошкуривании» наибольшего числа детенышей тюленей — бельков, не утруждают себя тем, чтобы предварительно оглушить их, а сдирают шкуры прямо с живых, отчаянно кричащих животных. Фильм вызвав ужас и законное возмущение среди зрителей. Заинтересованные пушно-меховые фирмы пытались воспрепятствовать его дальнейшему показу. Но профессор Гржимек не отступил и предупредил телезрителей, чтобы все свои письма по этому поводу они направляли не на телестудию, а непосредственно премьер-министру Канады. Пришло свыше 15 тыс. возмущенных писем и разразился шумный скандал в парламенте. Ответственный за тюлений промысел министр рыбной промышленности пытался было опротестовать достоверность фильма. Но на следующий промысловый сезон в соответствующий район направился профессор-патологоанатом, установивший, что сдирание шкур с живых бельков все еще продолжается.

Гржимек в прессе и по телевидению призывал мировую общественность вмешаться в это недостойное дело и перестать покупать меха бельков. Тогда Союз меховщиков подал на него в суд, затребовав огромную сумму за нанесенный ущерб, однако сам проиграл дело и был вынужден внести 10 тыс. марок в «Фонд помощи истребляемым животным» (основанный Б. Гржимеком много лет назад). Канадское правительство тем временем установило новые, более строгие правила ведения промысла, контролируемые специальными сотрудниками. Группа ученых, регулярно выезжающая в районы промысла, констатировала, что мучительство животных прекратилось. Профессор Гржимек блестяще выиграл бой.

Приведенный случай очень характерен для энергичной деятельности ученого-борца за охрану природы: не ограничиваясь лишь констатацией возмутительных фактов, он вступил в непримиримую борьбу с нарушителями. К голосу профессора Гржимека прислушивались во всем мире.

Не раз уже моя деятельность б качестве борца за охрану природы доставляла мне большие неприятности, доходившие до общественных скандалов, нападок прессы, прямых угроз, даже судебных процессов. Я нажил себе немало врагов, в особенности среди крупных промышленников... Ведь я настойчиво критиковал нерадивое баварское правительство за то, что оно никак не соберется выделить землю под национальный парк «Баварский лес»; на меня обижались изготовители знаменитых «супов из черепах», торговцы лягушатиной, заводчики собак, содержавшие наших четвероногих друзей в непотребных условиях, а то и богатые дамочки, опасавшиеся после моих передач появляться на людях в своих леопардовых или тигровых манто; случались даже конфликты с правительствами, например, с итальянским, разрешившим отлов на пролете миллионов европейских певчих птиц и переработку их на деликатесы. Ссорился я и с заокеанскими охотниками, прилетавшими «на пару дней» в Африку «пострелять бегемотов и слонов», а также с фабрикантами, выпускающими кожгалантерею, в частности сумки из крокодиловой кожи, устроителями корриды и целыми рыболовными концернами, отлавливающими рыбную молодь и опустошающими таким образом океан.

На этом далеко не заканчивается перечень всех случаев, когда Бернгард Гржимек поднимал свой голос против безобразий, творящихся в области охраны природы и окружающей среды. Каждая его книга — обличительный документ. Он выступал против контрабандного вывоза звериных Шкур из многих тропических стран, браконьерства, бешеной гонки автомашин по шоссейным дорогам, подвергающей смертельной опасности все живое, против истребления Редких и исчезающих видов животных. И всегда, где это только возможно, он выступал против национального неравенства, расизма и апартеида.

В 1960 г. Б. Гржимек стал профессором Гисенского университета и почетным доктором Берлинского университета, президентом Немецкого союза охраны природы; в 1970 г удостоился высшей международной награды за выдающиеся достижения в области охраны природы — Золотой медали Всемирного фонда дикой природы, в 1972 г. — награжден международным орденом Золотого ковчега, а в 1981 г. ученому было присвоено звание почетного профессора Московского государственного университета.

Многие книги Б. Гржимека переведены на русский язык. Что касается книги «Серенгети не должен уметь», то она издана на 30 языках, общим тиражом в десятки миллионов экземпляров. Эта книга стала классическим образцом научно-популярного произведения о природе и, вероятно, за последние десятилетия не имеет себе равных.

Среди научных трудов Б. Гржимека, многие из которых проложили совершенно новые пути в биологической науке, нельзя не упомянуть о созданной им «Энциклопедии животного мира» в 16 томах с прекрасными цветными иллюстрациями. Энциклопедия пришла на смену «Жизни животных» — классическому труду Брема, которым пользовались и по которому учились многие поколения. За 100 лет этот труд сильно устарел. Но никто из ученых не осмеливался взять на себя задачу написать его заново, на современном научном уровне. Ведь гигантское количество новой информации, накопленной наукой за последнее столетие, чрезвычайно затрудняло обобщение и осмысление этого огромного фактического материала. Не менее сложно было изложить его в достаточно популярной, общедоступной форме. Но профессор Гржимек взялся. И блестяще выполнил эту задачу.

Ученый много раз гостил в нашей стране. Он знакомился с заповедниками (Приокско-террасным, Воронежским, Беловежской Пущей, Асканией-Нова, Тебердинским, Кавказским и др.), был на Байкале и в горах Тянь-Шаня. Он с восторгом любовался бескрайними просторами наших заповедных земель. Часто в поездках по стране его сопровождали ученые (А. Банников, Н. Дроздов, Г. Дементьев и др.), журналисты (В. Песков, С. Кулик и др.). Как пишут А. Банников и Е. Геевская, «мы не переставали удивляться его необыкновенной выносливости, неутомимости и неизменно хорошему настроению. Б. Гржимек — человек исключительной собранности и силы воли. Поблажек он себе не давал и скидок на возраст не делал. Он взял себе за правило вставать ежедневно в пять утра. Приходилось и нам приспосабливаться к его ритму жизни».

Как пишет профессор Н. Дроздов: «Гржимек был, безусловно, очень счастливым человеком. Пытливое исследование природы и борьба за ее сохранение были главным делом его жизни».

В приведенном ниже фрагменте из книги «Дикое животное и человек» Б. Гржимек раскрывает свое отношение к такому виду развлечений человека, как испанская коррида.

Я уже неоднократно публично обосновывал, почему образованный и интеллигентный человек не должен в Испании посещать корриду. Вовсе не потому, что там убивают быков, — их ведь предостаточно убивают и на бойне. Однако в большинстве стран принято, чтобы, как в спорте, так и в жизни, всякое соревнование проводилось честно, порядочно, чтобы обе стороны имели одинаковые шансы. Врожденный способ, которым принято меряться силами у быков, — это лоб в лоб — и старайся столкнуть противника с места. И тогда это действительно прекрасное спортивное зрелище. Его еще сегодня можно увидеть в Тайланде, население которого, с его древней высокой культурой, устраивает во время своих празднеств не бой быка против человека, а бой быка против быка. Происходит такое состязание почти на рыцарский манер: когда один из быков побежден, другой не преследует его, никоим образом не старается его убить.

А вот в Испании заставляют искусственно разъяренное животное бодать пустой платок, а в него тем временем сзади втыкают острые бандерильи. Тореро до тех пор дразнит сильное и ловкое животное, заставляя его совершать «холостые» выпады, при которых он ни разу не встречает ожидаемого честного сопротивления, пока оно окончательно не вымотается и не потеряет всякого интереса к такой бесплодной игре. И тогда быка, уже почти беззащитного и не оказывающего сопротивления, просто закалывают на радость зрителям, Жаждущим крови и убийства. Бык всегда погибает, а тореро уходит целехонек, а если с ним порой что и случается, то это равносильно обычным «производственным травмам».

Поскольку коррида существует только для того, чтобы ублажать жаждущих крови непритязательных зрителей, то и проводить ее можно неспортивно, нечестно. Известно, что во многих случаях быкам перед боем спиливали концы рогов, а затем снова приклеивали, с тем чтобы они не могли причинить серьезного вреда в случае, если бык против ожидания вдруг и на самом деле пырнет своего мучителя. Испанские газеты уже не раз печатали подобные скандальные разоблачения, когда быкам перед боем делали усыпляющие уколы, ставили их в транспортные клетки вверх ногами или били мешками с песком по почкам, чтобы животные стали менее поворотливыми. Но никогда нигде нельзя прочесть, чтобы какого-нибудь тореро за подобные вещи дисквалифицировали, как это, безусловно, произошло бы при любом другом спортивном состязании.

Разумеется же, нельзя считать испанцев по этой причине более жестокими или менее симпатичными, чем другие народы. Ведь и в Италии прежде для увеселения масс бросали христиан на растерзание львам, в фашистской Германии совсем недавно еще устраивались такие зрелища, как публичные казни, а в Англии сто лет тому назад петушиные бои считались национальным видом спорта. Бойцовым петухам прикрепляли к шпорам маленькие острые ножи, чтобы противники действительно имели возможность искромсать друг друга и зарезать. Но у всех этих народов с подобными делами давно покончено. Однако не подумайте, Боже упаси, что я беру на себя смелость указывать испанцам, каким образом им следует забивать свой скот. Это их дело.

Но неиспанским писателям и другим деятелям культуры не пристало в своих произведениях облагораживать подобную бесчестную игру, украшать ее исполнителей незаслуженными лаврами, как это сделал еще в 1875 г. композитор Бизе своим популярным маршем из оперы «Кармен» или лауреат Нобелевской премии Эрнест Хемингуэй в своих книгах об Испании. А уже им вторят и подражают разные эпигоны. Поддержка подобного бизнеса хоть и помогает тореадорам значительно быстрее превратиться из пастухов или погонщиков ослов во владельцев шикарных особняков и «Кадиллаков», однако отнюдь еще не делает их героями!

Рекомендуем посмотреть:

Интересные факты о растениях для детей 8-10 лет

Занимательные факты о словах

Интересные факты по естествознанию для детей

Интересные факты про рыб для младших школьников, 2 класс

Интересные истории для детей о происхождении вещей

Нет комментариев. Ваш будет первым!