Урок – суд по литературе, 10 класса. Тургенев «Отцы и дети». Конспект урока

Конспект урока литературы для 10 класса на тему «Победитель или проигравший? по роману И.С. Тургенева «Отцы и дети»»

Цели урока: создать условия для творческого осмысления учащимися романа И.С. Тургенева «Отцы и дети»; развить умения нравственного анализа и нравственной оценки качеств личности, поступков и поведения людей; развивать умения самостоятельной работы с текстом в соответствии с заданными параметрами (судебное заседание); формировать умения давать нравственный анализ и оценку жизни литературных персонажей; формировать умение аргументировать свою позицию, уважать мнение противоположной стороны, находить консенсус.

Оборудование: столы, расставленные в соответствии с ролевой игрой.

Предварительная работа.

1. Чтение учащимися романа И.С. Тургенева «Отцы и дети».

2. Создание инициативной группы, которая готовит ролевую игру.

3. Распределение ролей. Данный этап строится на основе прочитанного и осознанного текста. Задача учащихся — выявить факторы, оправдывающие или обвиняющие Евгения Базарова, и, как следствие, самоопределиться в собственной позиции: обвинять или защищать героя.

Ход урока

I. Организационный момент

II. Вступительное слово учителя

Мы продолжаем изучение творчества И.С. Тургенева и сегодня наш урок пройдет в форме ролевой игры — урока-суда: в конце урока нам предстоит ответить на вопрос «Победитель или проигравший?».

— Как вы думаете, какому герою романа можно задать подобный вопрос? (Базарову.)

Действительно, сегодня мы будем анализировать образ Евгения Базарова. Перед тем как мы начнем судебное действие, вспомним правила поведения в суде...

III. Работа по теме урока

Секретарь. Встать! Суд идет!

Судья. Прошу всех садиться. Слушается дело «Народ против Евгения Васильевича Базарова». Прокурор, огласите, в чем обвиняется этот молодой человек. Подсудимый, уточняются ваши данные. Вы — Евгений Васильевич Базаров, мечтаете стать врачом и относите себя к нигилистам. Все правильно?

Базаров. Все верно.

Судья. Прокурор, огласите, в чем обвиняется этот молодой человек.

Прокурор. Ваша честь, уважаемые присяжные заседатели. Перед вами сидит человек, который мечтал изменить жизнь. Но как он это мыслил? Разрушение — вот первый и единственный принцип подсудимого Евгения Васильевича Базарова! Поскольку разрушение противоречит самой жизни, то подсудимый выступает против жизни вообще. Более того, он оказывал пагубное влияние на молодых людей, что, несомненно, не могло не привести к их нравственному падению и опустошению. Таким образом, Базаров Евгений Васильевич обвиняется в пагубном влиянии на молодых людей, в частности — Аркадия Кирсанова. Ваша честь, позвольте начать допрос подсудимого?

Судья. Да, прошу Вас.

Прокурор. Евгений Васильевич, где и когда вы познакомились с потерпевшим — Аркадием Кирсановым?

Базаров. С Аркадием мы познакомились во время учебы в университете.

Адвокат. Рассказывали ли вы ему о своих взглядах?

Базаров. Естественно, я не делал из этого особой тайны.

Адвокат. И как реагировал потерпевший?

Базаров. Он не только принимал мои взгляды на жизнь, но и разделял их.

Прокурор. Что позволило вам сделать такой вывод?

Базаров (иронично). А иначе зачем бы Аркадий пригласил меня погостить у себя в доме?

Прокурор. Признаете ли вы, что цель вашей жизни — разрушение, ведь именно это проповедует нигилизм.

Базаров. Конечно же нет. Нигилист — это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружен этот принцип.

Прокурор. Но ведь вы не будете отрицать, что с латинского nihil, ничего, следовательно, это слово означает человека, который ничего не признает и ничего не уважает?

Базаров. Нигилист — это человек, который относится с критической точки зрения. Вот и все.

Адвокат. Давайте уточним. Цель нигилизма — критика, а не разрушение.

Базаров. Совершенно верно.

Прокурор. Ваша честь, позвольте перейти к допросу потерпевшего.

Судья. Потерпевший — Аркадий Николаевич Кирсанов. Все верно?

Аркадий Кирсанов. Все так, ваша честь.

Прокурор. Господин Кирсанов, расскажите о ваших взаимоотношениях с подсудимым.

Аркадий Кирсанов. Я познакомился с Базаровым во время учебы в университете. Сначала он показался мне человеком знающим, уверенным, идущим в ногу со временем. Мне стало казаться, что нигилизм — это новое дыхание времени, что только он способен изменить мир к лучшему.

Прокурор. Таким образом, можно ли сказать, что вы попали под влияние подсудимого?

Адвокат. Заявляю протест, так как прокурор задает наводящие вопросы.

Судья. Протест принимается. Переформулируйте вопрос.

Прокурор. Итак, вы находились в зависимости от идей нигилизма. Что же повлияло на изменение ваших взглядов?

Аркадий Кирсанов. Мы приехали к нам в имение. Все было хорошо. Однако первым толчком стал спор между Евгением и моим дядюшкой — Павлом Кирсановым.

Прокурор. О споре мы спросим свидетеля. Продолжайте.

Аркадий Кирсанов. А несколько позже произошла встреча с Ситниковым, учеником Базарова.

Прокурор. Что же вас насторожило?

Аркадий Кирсанов. Сам Ситников и разговор, который произошел позже с господином Базаровым.

Прокурор. Чем вам так не понравился господин Ситников?

Аркадий Кирсанов. У него было тревожное и тупое выражение лица; небольшие, словно вдавленные глаза глядели пристально и беспокойно, и смеялся он беспокойно: каким-то коротким деревянным смехом. Все это вызывало неприязнь и недоверие.

Прокурор. Сможете ли вы передать суть его разговора с господином Базаровым?

Аркадий Кирсанов. Я спросил его, с какой целью к нам пожаловал этот глупец Ситников. На что Базаров мне ответил, что я, видно, глуп еще, что «ситниковы нам необходимы». А затем он сказал, что ему «нужны подобные олухи; не богам же в самом деле горшки обжигать!».

Прокурор. И о чем вы подумали в тот момент?

Аркадий Кирсанов. У меня сразу в голове возникла мысль о том, что этот человек очень самолюбив. Что мы — не боги, бог только он. Тогда кто же я? Олух?

Адвокат. До этого момента мой подзащитный давал ли вам повод думать, что вы — как вы говорите — олух?

Аркадий Кирсанов. Я не думаю.

Судья. Переходим к допросу свидетелей. Вызывается Павел Петрович Кирсанов.

Прокурор. Павел Петрович, как вы познакомились с обвиняемым?

Павел Кирсанов. Этого человека пригласил к нам мой племянник — Аркадий.

Прокурор. Заметили ли вы какие-либо изменения в поведении своего племянника?

Павел Кирсанов. Трудно было не заметить. Еще в первый день я сказал Николаю, что Аркадий стал развязным.

Прокурор. Что еще насторожило вас в поведении Аркадия?

Павел Кирсанов. Вот как-то читал я Пушкина. Господа, вы любите Пушкина? Да, я немного отвлекся. Так вот, вдруг Аркадий подходит ко мне и молча, с этаким ласковым сожалением на лице, тихонько, как у ребенка, отнял у меня книгу и положил передо мной другую, немецкую... улыбнулся, и ушел, и Пушкина унес.

Прокурор. Что же это была за книга?

Павел Кирсанов. Книга на немецком языке. Брошюра Бюхнера, девятого издания, если я не ошибаюсь.

Адвокат. И вы прочитали ее?

Павел Кирсанов. Пробовал. Либо я глуп, либо это все — вздор. Должно быть, я глуп.

Адвокат. Это ваше собственное утверждение. Прошу обратить внимание присяжных заседателей, что свидетель сам сделал вывод о своем умственном развитии.

Прокурор. Расскажите нам о споре, который произошел у вас с обвиняемым.

Павел Кирсанов. Я, конечно, понимаю, что Евгений Васильевич специально решил задеть мои чувства. Он пренебрежительно отнесся об аристократах и их принципах. Я должен был сдержаться, но...

Адвокат. С ваших слов можно сделать вывод, что именно вы были зачинщиком данного спора?

Павел Кирсанов. В какой-то степени — да.

Адвокат. Ваша честь, позвольте, не прерывая свидетеля, задать вопрос моему подзащитному?

Судья. Задавайте.

Адвокат. Евгений Васильевич, сможете ли вы кратко выразить свою мысль в прошедшем споре?

Базаров. Мы действуем в силу того, что мы признаем полезным. В теперешнее время полезнее всего отрицание — мы отрицаем.

Прокурор. И что же вы отрицаете?

Базаров. Все.

Павел Кирсанов. Вот это и возмутительно!

Прокурор. Помните ли вы ваш ответ на реплику Николая Петровича Кирсанова: «Вы все отрицаете, или, выражаясь точнее, вы все разрушаете... Да ведь надобно же и строить»?

Базаров. Да. Я сказал, что это уже не наше дело... Сперва нужно место расчистить.

Прокурор. Уважаемые присяжные заседатели! Прошу обратить внимание на слова обвиняемого: даже в зале суда он не признает разрушительность своих взглядов.

Адвокат. Евгений Васильевич, помните ли вы, как вел во время спора себя Аркадий Кирсанов?

Базаров. Аркадий поддерживал мои взгляды. Мне кажется, что он был горд своей причастностью к нигилизму. Он был уверен в своих взглядах и упивался своей важностью и значимостью. Если я не ошибаюсь, именно ему принадлежат слова, что мы должны исполнять требования народа и что мы не имеем права предаваться удовлетворению личного эгоизма.

Павел Кирсанов. Аркадий находился под влиянием господина Базарова!

Прокурор. А как вы относитесь к народу, требования которого вы так хотели исполнять? Презираете вы его или уважаете?

Базаров. Народ полагает, что когда гром гремит, это Илья- пророк в колеснице по небу разъезжает. Что ж? Мне соглашаться с ним?

Прокурор. Вы не ответили на мой вопрос.

Базаров. Я презираю народ, если он заслуживает презрения. Но в то же время именно во мне мужик признает соотечественника, поскольку личности, подобные Павлу Петровичу, и говорить- то с ним не умеют.

Судья. Прошу воздержаться от критических замечаний в сторону свидетеля.

Адвокат. Павел Петрович, расскажите о вашей дуэли с обвиняемым.

Прокурор. Прошу заметить, что данная дуэль не входит в перечень обвинений господина Базарова.

Адвокат. И все-таки это важно. Павел Петрович, что явилось причиной дуэли?

Павел Кирсанов. Я бы мог объяснить причину, но я предпочитаю умолчать о ней.

Адвокат. Из ваших слов можно сделать вывод, что инициатором дуэли были вы. Я правильно вас понял?

Павел Кирсанов. Да, это была моя инициатива. На мой вкус господин Базаров здесь лишний; я его терпеть не могу, я его презираю.

Прокурор. Но ведь такое отношение к обвиняемому имеет свое объяснение?

Павел Кирсанов. На протяжении всего времени он вызывал мое недовольство.

Адвокат. Обращаю внимание присяжных заседателей на тот факт, что Павел Петрович так ненавидел моего подзащитного, что даже отказался от медицинской помощи во время приступа. Он промучился до утра, но не прибег к искусству господина Базарова. В связи с этим позвольте задать вопрос свидетелю. Павел Петрович, а почему вы не обратились за медицинской помощью к господину Базарову?

Павел Кирсанов. Мне помнится, что господин Базаров сам говорил, что не верит в медицину.

Адвокат. Что случилось на дуэли?

Павел Кирсанов. Я выстрелил и промазал. Господин Базаров, напротив, попал в меня с первого раза.

Адвокат. И что же сделал мой подзащитный?

Павел Кирсанов. Он отказался от второго выстрела и оказал мне первую помощь.

Адвокат. Заметьте, что мой подзащитный, которого обвиняют в нарушении морально-этических принципов, точнее сказать, в их отсутствии, благородно отказывается от своего права повторного выстрела и оказывает помощь свидетелю. Не этот ли поступок свидетельствует о его нравственности?!

Прокурор. Прошу обратить внимание, что обвиняемый сам и спровоцировал эту дуэль.

Адвокат. Для такого вывода нет никаких оснований. Свидетель основывается только на своих ощущениях, а не на фактах.

Судья. Господа, отложите свои высказывания до прений.

Прокурор. К этому свидетелю вопросов больше не имею. Позвольте вызвать Одинцову Анну Сергеевну.

Судья. Для дачи показаний вызывается свидетель обвинения Одинцова Анна Сергеевна.

Прокурор. Какие отношения связывают вас с Евгением Васильевичем Базаровым?

Анна Одинцова. Одно время мне казалось, что нас связывает нечто большее, чем простое знакомство или дружба. Но, видимо, я ошибалась.

Прокурор. Ваша честь, позвольте, не прерывая допрос свидетеля, задать вопрос Аркадию Кирсанову?

Судья. Не возражаю.

Прокурор. Господин Кирсанов, помните ли вы слова, произнесенные подсудимым, когда он увидел госпожу Одинцову?

Аркадий Кирсанов. Да, потому что они поразили меня своей циничностью и самодовольством.

Прокурор. Можете ли вы их повторить?

Аркадий Кирсанов. Когда я увидел госпожу Одинцову, она поразила меня всем своим обликом. А Базаров... он посмотрел в ее сторону и произнес: «Это что за фигура? На остальных баб не похожа».

Анна Одинцова. Это я-то баба???

Прокурор. Что было дальше?

Аркадий Кирсанов. После мазурки Базаров начал говорить всякие пошлости про госпожу Одинцову.

Прокурор. Вы можете их повторить суду? (Обращаясь к судье.) Ваша честь, я прошу повторить слова обвиняемого не из желания унизить свидетеля, а для того, чтобы показать присяжным заседателям глубину падения подсудимого.

Судья. Не возражаю.

Аркадий Кирсанов. Базаров спросил меня, получил ли я удовольствие. Когда же я ответил, что не понимаю, почему госпожа Одинцова так холодно и строго себя держит, он сослался на слова какого-то барина и сказал: «...Эта госпожа — ой-ой-ой». Да, еще он сравнил госпожу Одинцову с холодным мороженым. Меня покоробил цинизм Базарова, но я ему ничего не сказал.

Прокурор. Почему?

Аркадий Кирсанов. Скорее из боязни показаться смешным, ведь я еще верил тогда в этого человека.

Адвокат. Позвольте вернуться к свидетельнице. Но вы не будете отрицать, что именно вы пригласили моего подзащитного к себе в гости?

Анна Одинцова. Конечно нет. Мне было очень любопытно видеть человека, который имеет смелость ни во что не верить. Да к тому же Аркадий говорил о нем с таким восторгом...

Адвокат. Что же изменилось в ваших отношениях, когда господин Базаров приехал к вам в гости?

Анна Одинцова. Сначала господин Базаров решил продемонстрировать свою эпатажность. Но во время беседы с ним я поняла, что он чувствовал смущение, и это мне даже польстило. Господа остались у меня на довольно длительное время. Мне было хорошо с Базаровым, а Кате — с Аркадием. Я стала часто думать о нем и мне казалось, что господин Базаров испытывает ко мне если не любовь, то сильную симпатию. Похоже, я ошибалась...

Адвокат. Почему вы так решили?

Анна Одинцова. Это понимание пришло в тот момент, когда Евгений Васильевич сообщил о своем отъезде.

Адвокат. Ваша честь, у защиты оказалась запись с камеры наблюдения, которая и зафиксировала весь этот разговор. Я ходатайствую о ее просмотре. Заключение о том, что запись не содержит следов монтажа, имеется.

Судья. Мнение прокурора?

Прокурор. Не вижу в этом необходимости, но если защита настаивает, то не возражаю.

Судья. Секретарь, помогите, пожалуйста, просмотреть эту запись.

(В идеальном варианте — снять инсценировку на пленку и потом ее включить. Такой вариант позволяет добиться более точного понимания инсценированного отрывка, характера героев. Если такой возможности нет, то инсценировка в классе. Обязательно учитывать авторские ремарки, т. к. именно они передают характер героев.)

Анна Одинцова. Как же это вы ехать собираетесь, а обещание ваше?

Базаров. Какое-с?

Анна Одинцова. Вы забыли? Вы хотели дать мне несколько уроков химии.

Базаров. Что делать-с! Отец меня ждет; нельзя мне больше мешкать. Впрочем, вы можете прочесть Pelouse et Fremy, Notions generales de Chimie; книга хорошая и написана ясно. Вы в ней найдете все, что нужно.

Анна Одинцова. А помните: вы меня уверяли, что книга не может заменить... я забыла, как вы выразились, но вы знаете, что я хочу сказать... помните?

Базаров. Что делать-с!

Анна Одинцова. Зачем ехать?

Базаров. А зачем оставаться?

Анна Одинцова. Как зачем? разве вам у меня не весело. Или вы думаете, что об вас здесь жалеть не будут?

Базаров. Я в этом убежден.

Анна Одинцова. Напрасно вы это думаете. Впрочем, я вам не верю. Вы не могли сказать это серьезно. Евгений Васильевич, что же вы молчите?

Базаров. Да что мне сказать вам? О людях вообще жалеть не стоит, а обо мне подавно.

Анна Одинцова. Это почему?

Базаров. Я человек положительный, неинтересный. Говорить не умею.

Анна Одинцова. Вы напрашиваетесь на любезность, Евгений Васильевич.

Базаров. Это не в моих привычках. Разве вы не знаете сами, что изящная сторона жизни мне недоступна, та сторона, которою вы так дорожите?

Анна Одинцова. Думайте что хотите, но мне будет скучно, когда вы уедете.

Базаров. Аркадий останется.

Анна Одинцова. Мне будет скучно.

Базаров. В самом деле? Во всяком случае, долго вы скучать не будете.

Анна Одинцова. Отчего вы так полагаете?

Базаров. Оттого, что вы сами мне сказали, что скучаете только тогда, когда ваш порядок нарушается. Вы так непогрешительно правильно устроили вашу жизнь, что в ней не может быть места ни скуке, ни тоске... никаким тяжелым чувствам.

Анна Одинцова. И вы находите, что я непогрешительна... то есть что я так правильно устроила свою жизнь?

Базаров. Еще бы! Да вот, например: через несколько минут пробьет десять часов, и я уже наперед знаю, что вы прогоните меня.

Анна Одинцова. Нет, не прогоню, Евгений Васильич. Вы можете остаться. Отворите это окно... мне что-то душно... Я вижу, вы меня знаете мало, хотя вы и уверяете, что все люди друг на друга похожи и что их изучать не стоит. Я вам когда-нибудь расскажу свою жизнь... но вы мне прежде расскажете свою.

Базаров. Я вас знаю мало. Может быть, вы правы; может быть, точно, всякий человек — загадка. Да хотя вы, например: вы чуждаетесь общества, вы им тяготитесь — и пригласили к себе на жительство двух студентов. Зачем вы, с вашим умом, с вашею красотою, живете в деревне?

Анна Одинцова. Как? Как вы это сказали? С моей... красотой?

Базаров. Это все равно, я хотел сказать, что не понимаю хорошенько, зачем вы поселились в деревне?

Анна Одинцова. Вы этого не понимаете... Однако вы объясняете это себе как-нибудь?

Базаров. Да... я полагаю, что вы постоянно остаетесь на одном месте потому, что вы себя избаловали, потому, что вы очень любите комфорт, удобства, а ко всему остальному очень равнодушны.

Анна Одинцова. Вы решительно не хотите верить, что я способна увлекаться?

Базаров. Любопытством — пожалуй; но не иначе.

Анна Одинцова. В самом деле? Ну, теперь я понимаю, почему мы сошлись с вами; ведь и вы такой же, как я.

Базаров. Мы сошлись...

Анна Одинцова. Куда вы? Итак, вы считаете меня спокойным, изнеженным, избалованным существом. А я так знаю о себе, что я очень несчастлива.

Базаров. Вы здоровы, независимы, богаты; чего же еще? Чего вы хотите?

Анна Одинцова. Чего я хочу. Я очень устала, я стара, мне кажется, я очень давно живу. Да, я стара. Позади меня уже так много воспоминаний: жизнь в Петербурге, богатство, потом бедность, потом смерть отца, замужество, потом заграничная поездка, как следует... Воспоминаний много, а вспомнить нечего, и впереди передо мной — длинная, длинная дорога, а цели нет... Мне и не хочется идти.

Базаров. Вы так разочарованы?

Анна Одинцова. Нет, но я не удовлетворена. Кажется, если б я могла сильно привязаться к чему-нибудь...

Базаров. Вам хочется полюбить, а полюбить вы не можете: вот в чем ваше несчастье.

Анна Одинцова. Разве я не могу полюбить?

Базаров. Едва ли! Только я напрасно назвал это несчастьем. Напротив, тот скорее достоин сожаления, с кем эта штука случается.

Анна Одинцова. Случается что?

Базаров. Полюбить.

Анна Одинцова. А вы почем это знаете?

Базаров. Понаслышке. Притом, вы, может быть, слишком требовательны.

Анна Одинцова. Может быть. По-моему, или все, или ничего. Жизнь за жизнь. Взял мою, отдай свою, и тогда уже без сожаления и без возврата. А то лучше и не надо.

Базаров. Что ж? это условие справедливое, и я удивляюсь, как вы до сих пор... не нашли, чего желали.

Анна Одинцова. А вы думаете, легко отдаться вполне чему бы то ни было?

Базаров. Не легко, если станешь размышлять, да выжидать, да самому себе придавать цену, дорожить собою то есть; а не размышляя, отдаться очень легко.

Анна Одинцова. Как же собою не дорожить? Если я не имею никакой цены, кому же нужна моя преданность?

Базаров. Это уже не мое дело; это дело другого — разбирать, какая моя цена. Главное, надо уметь отдаться.

Анна Одинцова. Вы говорите так, как будто все это испытали.

Базаров. К слову пришлось, Анна Сергеевна: это все, вы знаете, не по моей части.

Анна Одинцова. Но вы бы сумели отдаться?

Базаров. Не знаю, хвастаться не хочу.

Анна Одинцова. Что это Катя так поздно играет.

Базаров. Да, теперь точно поздно, вам пора почивать.

Анна Одинцова. Погодите, куда же вы спешите... мне нужно сказать вам одно слово.

Базаров. Какое?

Анна Одинцова. Погодите.

Базаров. Прощайте.

Прокурор. Не понимаю, с какой целью адвокат продемонстрировал присяжным эту запись.

Адвокат. Цель этой записи — показать, что не только мой подзащитный боится любить и быть любимым, но и свидетельница достаточно холодна. Мне кажется, что присяжные смогли прочувствовать атмосферу того вечера. Многие слова были не сказаны. Но их не сказал не только мой подзащитный, но и госпожа Одинцова.

Прокурор. Это - ваши домыслы, суд должен придерживаться только фактов.

Судья. Опрошены все свидетели обвинения. В зал приглашается свидетель защиты Федосья Николаевна. Адвокат, прошу вас, задавайте вопросы.

Адвокат. Федосья Николаевна, расскажите, как относился к вам мой подзащитный.

Федосья Николаевна. Господин Базаров был очень добр ко мне. Когда мне или Мите нездоровилось, он помогал нам как врач.

Адвокат. Что еще вы можете сказать о моем подзащитном?

Федосья Николаевна. Он был добр к простым людям. Больше мне нечего сказать.

Прокурор. Свидетель, что говорил господин Базаров о семье Кирсановых?

Федосья Николаевна. Мне больше ничего не известно.

Адвокат. Прошу обратить внимание присяжных заседателей, что мой подзащитный не был таким уж циником, как его представляет обвинение. Он от чистого сердца помогал простым людям.

Судья. Приглашается свидетель Виктор Ситников.

Адвокат. Господин Ситников, как вы относитесь к мировоззрению моего подзащитного?

Ситников. Я — его ученик. Я ему обязан моим перерождением. Поверите ли, что, когда при мне Евгений Васильевич в первый раз сказал, что не должно признавать авторитетов, я почувствовал такой восторг.

Адвокат. Придерживаетесь ли вы подобных взглядов в настоящее время?

Ситников. Да, безусловно.

Судья. Есть ли вопросы у прокурора?

Прокурор. Нет.

Судья. Приглашается Евдоксия Кукшина.

Адвокат. Как вы можете охарактеризовать моего подзащитного?

Евдоксия Кукшина. Очень современный молодой человек.

Адвокат. Согласны ли вы с нигилизмом господина Базарова?

Евдоксия Кукшина. Я заступаюсь за права женщин, которые я поклялась защищать до последней капли крови.

Прокурор. К этому свидетелю у меня вопросов нет.

Судья. Заслушаны все свидетели. Приступаем к прениям. Слово для обвинения предоставляется прокурору.

Прокурор. Ваша честь, уважаемые присяжные заседатели. Перед нами человек, который обвиняется в разрушительном воздействии крамольных идей на души молодых людей нашего времени. Что нам предлагает подсудимый? Разрушение и отрицание!

Созидать и создавать он не желает, да и, скорее всего, не умеет. Мы должны помнить, что наш мир не совершенен, но отрицание «старого мира» не подразумевает его полное разрушение, а ведь именно к этому стремится господин Базаров. Он, влюбленный в свое дело ученый-испытатель, представляет природу как «скопище отчужденных и мертвых предметов». Лживость господина Базарова, его бесцельность, карикатурность, его неумение уважать мнение других людей, его нежелание любить и быть любимым — вот основные качества обвиняемого. Пустота и безобразие — вот что стоит за господином Базаровым! Я надеюсь, что господа присяжные заседатели вынесут верное решение о виновности подсудимого. У меня все. Спасибо за внимание.

Адвокат. Ваша честь, уважаемые присяжные заседатели! Мой подзащитный молод. Кто из нас не совершал ошибки молодости? Да, его взгляды на жизнь расходятся с общепринятыми, но это его точка зрения. Заставлял ли кого-нибудь господин Базаров придерживаться его образа жизни? Принуждал ли насильно? Ответ однозначный — нет. Но разве у его «учеников» нет собственного мнения? Они не могут мыслить самостоятельно? И господин Аркадий Кирсанов, и господин Ситников добровольно восприняли взгляды моего подзащитного. Прошу обратить внимание и на тот факт, что господин Базаров добр, мягок с простыми людьми, чего не хватает свидетелям обвинения. Прежде чем вынести обвинительный вердикт, подумайте, а только ли мой подзащитный виновен? Почему Аркадий Кирсанов на словах всегда соглашается с Евгением Васильевичем, хотя в душе этого согласия нет? Почему госпожа Одинцова не обвиняется в неумении любить, а моему подзащитному ставят это в вину? Я надеюсь, что присяжные примут верное решение и оправдают господина Базарова.

Судья. Мы выслушали мнение защиты и обвинения. Виновен или нет господин Базаров должны решить присяжные заседатели. Прошу присяжных заседателей пройти в комнату и вынести свой вердикт.

(Присяжные высказывают свое мнение по данному проблемному вопросу, оформляют его тезисно — отдельно «за» и «против»).

IV. Итоги урока

На основании вердикта присяжных судья выносит обвинительный или оправдательный приговор.

Домашнее задание

Написать эссе на тему: «Есть ли будущее у базаровых?!»

Рекомендуем посмотреть:

План – конспект урока литературы в 10 классе

Урок литературы «Петербург Достоевского по роману «Преступление и наказание»», 10 класс

Урок литературы, 10 класс. Наташа Ростова

Урок литературы, 10 класс. Сочинение по драме «Гроза». Конспект

Конспект урока по литературе в 10 классе

Нет комментариев. Ваш будет первым!